Кормовые баржи и переоборудование судов: в России может появиться новый флот для аквакультуры

Аквакультура постепенно становится все более технологичной отраслью и сейчас ее развитие требует не только наземной инфраструктуры, но и специализированных решений на воде. Кормовые баржи, плавучие перерабатывающие комплексы и переоборудованные суда могут использоваться для обслуживания садковых хозяйств. Эти технологии уже востребованы за рубежом, рассказал «Медиапалубе» председатель международной ассоциации аквакультуры INFRAGROUP и директор по развитию группы компаний ASAKUA Александр Трусов. Теперь ассоциация намерена внедрять их на российском рынке.

О том, как устроены такие суда, как существующий флот можно переоборудовать под задачи аквакультуры и что мешает распространению этих решений в России, мы побеседовали с Александром на полях прошедшего на прошлой неделе Рыбопромышленного форума.

П: Александр, расскажите немного об INFRAGROUP и ASAKUA. Чем сегодня занимается группа и в чем заключается ее специализация?

— Я являюсь председателем международной ассоциации аквакультуры INFRAGROUP и директором по развитию группы компаний ASAKUA. В группу входит 12 компаний в семи странах. Мы занимаемся оборудованием для аквакультуры полного цикла: это установки замкнутого водоснабжения, рыбоводные заводы, садковые системы, автоматизация, системы кормления, учета рыбы, видеонаблюдения и подводного мониторинга, в том числе с использованием искусственного интеллекта для подсчета биомассы.

Отдельное направление — системы кормления, в том числе решения, работающие непосредственно на воде. Это так называемые кормовые баржи. Сейчас у нас есть производство в Турции, открывается новое производство в Дубае, ориентированное в том числе на российский рынок, есть производство во Вьетнаме. В России мы работаем с судостроительными предприятиями и сейчас ищем дополнительные партнерства с верфями.

П: То есть ASAKUA выступает не только как производитель отдельных компонентов, но и как интегратор всего проекта?

— Да. Мы занимаемся инженерией, формированием состава оборудования, его поставкой, монтажом, пусконаладкой, гарантийным и последующим сопровождением. То есть можем взять проект от стадии разработки концепции до ввода объекта в эксплуатацию и дальнейшей поддержки.

В зависимости от задачи мы подбираем оборудование и комплектующие разных производителей. Работаем, например, с Siemens, Schneider и другими поставщиками, используем собственные решения ASAKUA. Для нас важно не просто поставить оборудование, а правильно собрать всю систему и подобрать партнеров под конкретный проект.

П: И в этой системе отдельное место занимают решения для работы непосредственно на воде. Что сегодня представляет собой современная инфраструктура для аквакультурного хозяйства?

— Одно из ключевых направлений — кормовые баржи и связанные с ними системы. Для крупного садкового хозяйства это уже не просто емкость для хранения корма. На современной барже могут размещаться система автоматизированного кормления, оборудование для контроля и мониторинга, помещения для персонала.

Более того, мы можем объединять на одной плавучей платформе кормовую систему, помещения для сотрудников и рыбоперерабатывающий комплекс. Получается фактически плавучий завод-офис, который находится непосредственно рядом с хозяйством.

П: Почему именно плавучие решения становятся востребованными?

— В первую очередь потому, что они позволяют перенести значительную часть инфраструктуры непосредственно на воду. Не всегда необходимо строить на берегу большой комплекс с отдельными зданиями, коммуникациями и производственными помещениями.

В Турции, например, используются плавучие перерабатывающие комплексы: первичная переработка и заморозка рыбы выполняются непосредственно на борту, а готовая продукция затем доставляется к берегу. Для российского рынка такие решения также могут быть интересны особенно там, где создание береговой инфраструктуры занимает много времени или требует значительных инвестиций.

П: Что представляет собой современная кормовая баржа? 

— Это комплексная система. На судне размещаются силосы для хранения корма, откуда он пневматически подается по трубам к садкам. В зависимости от конкретного проекта на таком судне могут находиться системы мониторинга, помещения для персонала и другое оборудование, необходимое для обслуживания хозяйства.

Масштаб зависит от хозяйства и его производительности. В пик кормления может потребоваться порядка 200-300 тонн корма в сутки. Это примерно десять автомобильных фур, которые нужно не просто доставить, а распределить по садкам. На таких объемах ручной труд уже физически не может обеспечить необходимую производительность, поэтому автоматизированная система кормления становится необходимой частью производства.

Сейчас мы являемся единственной компанией в России, которая комплексно поставляет такие системы — от проектирования и строительства кормовой баржи до комплектации оборудования.

П: Получается, сама баржа — только часть системы?

— Да. Современное садковое хозяйство может обслуживаться не только кормовой баржей. Мы рассматриваем решения, в которых на одном плавучем объекте объединяются кормление, мониторинг хозяйства, размещение персонала и переработка рыбы.

В России я пока не видел широко распространенных решений, где все эти функции были бы объединены на одном судне. При этом в Турции подобные плавучие перерабатывающие системы используются. На борту может находиться линия первичной обработки и заморозки, после чего готовая продукция передается на берег, а судно возвращается к работе.

Для хозяйства это позволяет отказаться от части дорогостоящей береговой инфраструктуры.

Причем это необязательно должен быть специально построенное судно. Один из вариантов — взять уже существующее судно и переоборудовать его.

П: Какие суда можно использовать для такого переоборудования?

— В принципе, можно взять готовое судно, в том числе изначально предназначенное для других задач, и установить на него необходимое оборудование: систему рыбонасосов, переработки, хранения и заморозки, а также систему кормления.

У нас есть проекты такого переоборудования. За рубежом это достаточно распространенная практика: покупается готовое судно, мы меняем его под конкретные задачи и заказчик получает необходимый объект значительно быстрее, чем если бы строил новое судно с нуля.

Строительство нового судна может занять год и больше, а переоборудование в отдельных случаях позволяет получить готовое решение примерно за четыре-пять месяцев.

П: А насколько сильно приходится менять судно при таком переоборудовании?

— Все зависит от конкретной задачи. Для системы кормления нужны силосы для хранения корма, пневматическая система подачи, трубопроводы и оборудование управления. Если добавляется переработка, появляется уже соответствующая технологическая линия.

При этом проектирование зависит от акватории. Для Черного моря будут одни требования, для северных акваторий другие. И проектировщики должны учитывать условия эксплуатации, в которых судно будет работать.

Если речь идет, например, о небольшом озерном хозяйстве, полноценная баржа может вообще не понадобиться. Можно использовать понтон, на котором разместить систему кормления и необходимые помещения. Такое решение будет значительно дешевле, но при этом сможет выполнять ту же основную функцию.

П: Насколько вообще востребованы подобные решения в России?

— Российская аквакультура пока находится на начальном этапе развития по сравнению с ведущими странами. Но количество компаний, которые увеличивают производство и начинают переходить на автоматизированные технологии, растет.

Мы уже реализовали в России 12 проектов, связанных с нашими технологиями. При этом далеко не все хозяйства пока могут позволить себе подобные системы. Но те, кто увеличивает объемы производства, постепенно приходят к пониманию, что без автоматизации дальше развиваться сложно.

То же касается установок замкнутого водоснабжения. В России пока относительно мало хозяйств, где система УЗВ дополнена автоматизированным кормлением. Во многих случаях кормление по-прежнему выполняется вручную.

П: Что дает автоматизация кормления, кроме сокращения ручного труда?

— В первую очередь она позволяет точнее контролировать процесс и снижает влияние человеческого фактора.

Например, в одном из хозяйств в Подмосковье рыба погибла после того, как ее начали кормить в жару. Автоматизированная система могла бы учитывать температуру и выдать сигнал о том, что кормление в таких условиях проводить нельзя.

То есть речь не только о том, чтобы заменить человека машиной. Система должна помогать принимать правильные решения и не допускать ошибок.

Я думаю, что со временем автоматизация будет распространяться и на морские хозяйства. На определенном масштабе производства без нее уже сложно обеспечить необходимые объемы кормления.

П: Что сейчас мешает развитию таких плавучих решений в России?

— Потенциал у России очень большой: выходы к морям и океанам, огромное количество озер и рек, разные климатические условия. Но есть целый набор задач, которые приходится решать одновременно.

Для отрасли важны доступность финансирования и кредитов, сбыт продукции, стоимость оборудования и логистика. Для импортного оборудования добавляются вопросы доставки, таможенного оформления и проведения платежей.

Кроме того, российскому рынку пока не хватает некоторых элементов собственной инфраструктуры аквакультуры. Например, селекционных центров, которые могли бы обеспечивать производство оплодотворенной икры в необходимых объемах. Мы сейчас рассматриваем возможность сотрудничества в этом направлении и готовы привносить соответствующие технологии и специалистов.

П: То есть для российских верфей здесь тоже может появиться новое направление работы?

— Да. Мы сейчас ищем партнеров среди российских верфей, у которых есть возможности и интерес развивать такие проекты. У нас уже есть партнеры на юге России и в Калининграде.

Здесь важно объединить компетенции: верфь может заниматься строительной частью, а мы инженерией, оборудованием и технологической начинкой. В результате можно получать специализированные суда для аквакультуры, не создавая всю компетенцию с нуля внутри одной компании.

П: Как сегодня устроена работа с российскими верфями и заказчиками, когда речь идет об оборудовании, которое не производится в России?

— Сейчас это отдельная задача. Есть оборудование, которое российская промышленность пока не выпускает или не может производить в необходимых объемах. При этом судно уже нужно строить или ремонтировать.

Поэтому мы помогаем с поставками такого оборудования, в том числе двигателей, подруливающих устройств, систем переработки, навигационного и другого оборудования. У нас есть производственные и партнерские связи в Турции и других странах, которые позволяют формировать такие поставки.

При этом, конечно, российские производители постепенно должны осваивать собственные технологии. Но это процесс, который занимает время. А потребность в судах и их ремонте существует уже сейчас.

П: Насколько, по вашему опыту, существующие процедуры закупок на верфях позволяют быстро находить и поставлять такое оборудование?

— Здесь есть определенная специфика. Крупным организациям бывает сложнее быстро перестраивать закупочные процессы под новые условия рынка. Когда меняется цепочка поставок и появляются новые поставщики, требуется время, чтобы встроить их в существующую систему.

Для специализированного оборудования особенно важны не только цена, но и возможность реально поставить его в нужные сроки, обеспечить логистику, монтаж и дальнейшее обслуживание. Поэтому здесь, на мой взгляд, требуется более гибкий подход к закупкам и взаимодействию с поставщиками.

П: Возвращаясь к аквакультуре, насколько большим может стать российский рынок таких технологий?

— Потенциал очень большой. В России есть практически все природные условия для развития аквакультуры: моря, океаны, реки, озера, пресная и соленая вода.

Если отрасль будет развиваться, через 20-30 лет Россия потенциально может стать одним из крупных экспортеров рыбной продукции. Для этого потребуется развитие всей цепочки — от селекции и производства посадочного материала до выращивания, автоматизации, переработки и логистики.

Со своей стороны мы хотим привносить в Россию технологии, которые уже работают в других странах, и адаптировать их под российские условия. В том числе это касается кормовых барж, переоборудования судов и других плавучих решений.